Подвески-сувениры к Новому году.

Все побежали, а мы чем хуже? Тоже начали подготовку к Новому году!

Лучше гор могут быть только горы!

 В венце блистая ледяном,
Эльбрус огромный, величавый
Белел на небе голубом.

(А. С. Пушкин)

Когда мы с мужем собирались на отдых в Пятигорск, то сразу решено было рвануть в горы... сложно было только прийти к единому мнению: Домбай или Эльбрус. В итоге побывали в двух этих местах. И хорошо, что сначала на Домбае, ибо Эльбрус окончательно вскружил голову, в прямом и переносном смысле.

Здесь был Вася.

Эльбрус. 

Станция "Мир", высота 3500 метров.

Осенью.

Когда сквозная паутина
Разносит нити ясных дней
И под окном у селянина
Далекий благовест слышней,

Мы не грустим, пугаясь снова
Дыханья близкого зимы,
А голос лета прожитого
Яснее понимаем мы.

(А. Фет)

В этом году осень дала насладиться своими прелестями, запахами и красками. Бабье лето было настолько летним, что вторично зацвела сирень. Успело, правда, и зимой пахнуть, +2 для юга России - настоящая зима, да ещё с дождем и ветром. Сейчас опять просто осень, разная, как говорится, не знаешь что завтра будешь одевать-обувать

Вьюнок. Кухонная доска.

Продолжаем (муж практически, а я в виде моральной поддержки) тему "Татьянки".

Следующая по сложности осваивания техника "Вьюнок", внешне её рисунок напоминает элементы "Ивушки", только приёмы вырезания иные.

150-летию Хадыженска. Часть последняя. Грустная.

Вот получат мои дети профессиональное образование и не захотят возвратиться к родным пенатам, так я - страшный патриот своей малой Родины, даже обрадуюсь. Объясню почему.

Вся описанная мной красота неземная постепенно за двадцать с лишним лет канула в небытие.

Проще перечислить, то что осталось, чем то, что мы безвозвратно потеряли.

На данный момент успешно функционируют только санаторий "Минеральный" и пивзавод...

150-летию Хадыженска. Часть 2. Новейшая история (много букв).

В сентябрьские дни 1918 года, когда на Кубань ворвались полчища Деникина, и Красная Армия, ведя тяжелые бои, начала отступление, хадыженцы с оружием в руках сдерживали натиск пятнадцатитысячного войска генерала Покровского, пытавшегося пробиться в глубь гор и отрезать красные части, отступающие от Екатеринодара к Майкопу и Армавиру.

Подкрепление пришло неожиданно: из Туапсе на соединение с силами красных войск двигалась Таманская армия. Первая колонна таманцев, возглавляемая Епифаном Ковтюхом, заметила неравное сражение небольшой горстки героев и с ходу ударила в лоб врагу. Покровцы не ожидали такого удара, в панике начали отступать, неся невиданно большие потери в живой силе и технике. Очнулись они от удара таманцев лишь под Белореченской.

В Хадыженске сохранился тот дом, где кратковременно располагался штаб Таманской армии и где обсуждался и был принят смелый план кинжального удара по главным силам генерала Покровского у Белореченской. 

  Свыше двухсот хадыженцев связали свою судьбу с тяжелой судьбой героической Таманской армии. Многие из них сложили головы в жарких схватках на полях гражданской войны.